Как «Матильда» повлияла на судьбу страны

Режиссёр «Матильды» Алексей Учитель огорчён, что исполнителей главных ролей Ларса Айдингера и Михалины Ольшанской не было на российской премьере: «Сюда опасно приезжать».

Мировая премьера «Матильды» состоялась в понедельник в Мариинском театре; во вторник её показали в Москве. Перед этим создатели ленты ответили на вопросы журналистов, и если судить по московской пресс-конференции, то вот один из главных результатов атаки на картину: вопросы про творчество сводятся к нулю. Не то чтобы их совсем нет, но не они являются основой диалога. Рассказывая о новом фильме Алексея Учителя, сперва все вынуждены комментировать ситуацию вокруг, а уж потом…

Как бы ни хотели режиссёр и артисты «больше говорить о художественной составляющей», как бы ни призывали воспринимать кино «по его художественным достоинствам, а не в контексте скандала», разговор так или иначе возвращался к этому самому скандалу, без которого «Матильда» в нашей истории уже попросту немыслима.

Наверняка для них это больно, но теперь очевидно: спустя какое-то время вспоминать будут не столько саму картину, сколько весь тот шум, что ей в течение последнего года предшествовал. И который, вероятнее всего, уже через несколько дней окончательно захлебнётся, так как потеряет свою питательную почву: «тайное» станет явным — и говорить, в принципе, будет уже не о чем. Ничего этакого в фильме «Матильда» нет. Во всяком случае, ничего такого, что вызывало «возмущения общественности» и проверки со стороны прокуратуры.

Все думают, что мы сняли что-то такое пошлое и непонятное. Более уважительного отношения и актёров, и всей группы именно к своим персонажам, то, как мы их любим и уважаем, — я думаю, что это трудно себе представить.

Режиссёр признаёт, что, разумеется, рассчитывал вызвать своей новой работой дискуссию — но «когда фильм выйдет!»: «И это всё могло быть — и мнения депутатские, и мнения представителей церкви, — безусловно! Когда фильм выйдет!..» Но теперь, кажется, все будут в первую очередь обсуждать, было ли здесь то, о чём все заранее переживали, или же не было. С другой стороны, разве не эта шумиха привлечёт сейчас в кинозалы основной поток зрителей?.. Для Алексея Учителя этот вопрос — «самый болезненный»:

Очень многие — и я уверен, что многие из вас — смотрели картину под гнётом того, что писалось, что говорилось, о чём спорилось и прочее. Условно говоря, не чистыми глазами смотрели на фильм, а вот под флёром того, что происходило. И это, конечно, влияет: „А есть ли тут это, а нет этого здесь?..“ А всё-таки мне бы хотелось, чтобы посмотрели фильм и сделали о нём [самостоятельный вывод]. Нравится, не нравится — это уже вопрос каждого, — но именно о картине. И вот это для меня вопрос: как зритель пойдёт, с каким ощущением? Посмотреть на игру прекрасных актёров, на интересный сюжет, на какие-то исторические факты, которые ещё не были никогда в кинематографе экранизированы?.. Тогда это будет прекрасно и хорошо.

Впрочем, подобного рода рассуждения уже от лукавого: как-никак, Алексей Учитель никогда не был ни кассовым, ни просто «зрительским» режиссёром. Это уважаемый автор, обладатель немалого количества профессиональных наград, но утверждать, что на его фильмы ходили, что называется, толпами — попросту невозможно. А сейчас, очевидно, наблюдается заметный ажиотаж.

Который, конечно, не может быть объяснён и именами исполнителей главных ролей: Ларс Айдингер — немец, Михалина Ольшанска — полька, и сказать, что они известны у нас в массах — это сильно преувеличить. Поэтому так нужно было на плакате третье лицо — Данилы Козловского, который играет здесь, на самом-то деле, очень маленькую, даже не второстепенную роль. Но он единственный из актёрского состава «Матильды», кто может привлечь зрителя в кино как «звезда».

А между тем роспись у фильма сейчас — наравне с голливудскими блокбастерами, и уверенный расчёт — на миллиард рублей сборов. Так что — хоть смейся, хоть плачь — но они ещё Наталье Поклонской спасибо однажды скажут; пока же её имя не прозвучало на встрече с журналистами ни разу.

И всё же состоявшуюся в итоге премьеру фильма сам режиссёр называет не иначе как победой: «Это победа не фильма „Матильда“ и не Алексея Учителя. Это победа всех здравых людей, которых в России подавляющее большинство, я в этом уверен».

Единственное, что по-настоящему огорчает сейчас Учителя, так это то, что «вот эта вся отрицательная кампания» повлияла на решение исполнителей главных ролей — уже упомянутых Ларса Айдингера и Михалины Ольшанской, которые «отдали всё для того, чтобы это кино состоялось интересным и творчески, и зрительски» — не приезжать на премьеру картины в Россию. Горячо любя нашу страну, где они провели на съёмках более года, сейчас актёры «с горечью говорят, с горечью, о том, что они действительно боятся каких-то физических действий по отношению к ним и поэтому не приедут. И это — не отговорка».

И это какое-то отношение получается к России?.. Так о нас думают: что сюда опасно приезжать. И вот те, кто выступал против, — вот они сделали это такое отношение! Вот эти все провокации, которые уже были, с какими-то действиями, поджогами, я не буду всё перечислять, — вот это и привело к тому, что мы сами себя начинаем выставлять не в том свете. И это мне очень обидно.

В то же время режиссёр подчёркивает, что от международной промокампании «Матильды» артисты вовсе не отказываются — и Айдингер, например, «делает личное своё турне с фильмом по пяти крупнейшим немецким городам».

Тут пора дать слово и российским артистам, которые играли в картине — и во вторник вместе с Алексеем Учителем принимали участие в московской пресс-конференции. Так, Ингеборга Дапкунайте, сыгравшая мать главного героя Марию Фёдоровну, выразила «своё восхищение достоинством и выдержкой, и человеческой просто силой Алексея Ефимовича», которые он проявил в борьбе за то, «чтобы эта картина попала на экраны».

А Григорий Добрыгин, пробовавшийся чуть ли не на все мужские роли в фильме, но в итоге исполнивший роль великого князя Андрея, также влюблённого в Матильду Кшесинскую, высказал мнение, что «большая мощная волна» протестов спала после того, как «несколько человек арестовали»: «Можно говорить о том, что это какие-то больные умы и больные фантазии какого-то небольшого количества людей. А так мы почти что здоровы». Вызванный же этими «больными умами» резонанс актёр «недавно обсуждал с родителями на кухне»:

Они приехали в гости, и они, люди верующие, какую-то простую вещь такую сказали: „Библия не скрывает никаких поступков героев веры: Давида, Соломона, всех-всех. Там написано всё подробно: как у них было, что у них было, личная жизнь, их ошибки… Почему мы так стыдливо прикрываем что-то, что было?..“

Сергей Гармаш предстал в фильме в образе императора Александра III — который, как здесь показано, был вовсе не против сыновьего увлечения балериной, более того — сам его к этому подстегнул. «Это всё документально, из дневников и писем», — сказал потом актёр о сценарии, перед этим высказавшись относительно «резонанса», к которому он, конечно же, относится отрицательно.

«Чем больше мы об этом говорим, в сегодняшний день, в сегодняшнее время, тем больше мы как бы помогаем этому резонансу», — справедливо отметил Гармаш, призвав людей, «которые так ратуют за нашу историю, у которых такая любовь к нашей стране и к нашей истории, вспомнить бы ещё о мучениках типа Антона Ульриха», а не заниматься «вот такими вещами», в которых очевидны и невежественность, и «отсутствие просвещённости».

И если уж мы слышим о „коктейлях Молотова“… Я вообще категорически никогда не говорю о политике нигде, поскольку я имею это право делать только языком театра и кино. Но всё-таки скажу, что когда раздаются такие вещи… У нас сейчас терроризм — самая главная беда во всём мире. И хотелось бы, чтобы на вот такие вещи [вроде] какого-то экстремизма православного — была бы адекватная реакция. Поскольку это происходит не только с кино. Я недавно был в поездке с творческими вечерами в Сибири, где православные экстремисты отменяют концерты Шевчука, Сукачёва… И это уже имеет такое некое движение.

Возвращаясь к Алексею Учителю, вспомним вместе с ним, как вообще начинался весь шум вокруг его новой работы:

Первая кампания против фильма началась после выхода первого трейлера, где всего лишь был один невинный поцелуй наших героев. Вы знаете, я это тоже не раз говорил: мне удивительно то, что у нас был долгий съёмочный процесс, на котором побывали все журналисты — и пишущие, и все телеканалы. У нас даже были сессии определённые, когда к нам приезжали на съёмки, я дал столько интервью, рассказывая почти подробно о содержании картины!..
То есть все прекрасно знали, что мы снимаем, о чём, кто наши герои и так далее. Никто ни разу — представители церкви и прочее — никто ни разу не сказал: „Ребята, караул, что вы там снимаете?!“ Почему-то когда всё закончилось — действительно, вышел первый трейлер, — тогда начались какие-то вот нападки и прочее, что для меня удивительно: почему раньше [все молчали]?.. У нас, кстати, на съёмках побывали и представители церкви, и различные наши руководители и так далее. Поэтому это всё было в открытом доступе…

На вопрос же, повлияли ли все эти обрушившиеся на него нападки на монтаж картины (и не пришлось ли из неё в итоге что-то «лишнее» вырезать), режиссёр отвечает однозначно:

Мне раздаются до премьеры, не раз раздавались звонки — и от каких-то руководителей изданий или вообще известных людей: „Алексей Ефимович, покажите, пожалуйста, фильм“. На что я говорю: „С удовольствием, будет премьера — приходите на премьеру“. „Да нет, — так шёпотом в трубку, — авторскую версию!“ Я сначала, в первый раз, удивился, о чём идёт речь… Авторская версия вчера показывалась и сегодня будет, и ещё раз заявляю совершенно официально: ни одного слова и ни одного кадра никто, никакие разговоры-переговоры-обвинения не заставили меня изменить в этой картине!

«Думаю, что все эти разговоры закроет зритель», — подытожил своё выступление Сергей Гармаш; так, вне всякого сомнения, и будет. Своими же впечатлениями о картине кинообозреватель «Ридуса» поделится с читателями чуть позже.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Как «Матильда» повлияла на судьбу страны